Вверх страницы
Вниз страницы
http://forumfiles.ru/files/0010/d4/10/56635.css
http://forumfiles.ru/files/0010/d4/10/84480.css

Летописи Мальсторма

Объявление


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Волшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Летописи Мальсторма » Ильменрат » Дом леди Эль’Сианы


Дом леди Эль’Сианы

Сообщений 121 страница 140 из 152

1

http://stopfake.ru/wp-content/uploads/2011/12/La-Pumada-1929-Montecito-Mansion-for-Sale-12.jpg

http://plant.landsiberia.ru/wp-content/uploads/2012/06/Butchart-Gardens-Victoria-Canada-1024x768.jpg

сад.

Отредактировано Эль’Сиана (2014-06-01 21:17:44)

0

121

Поведение дочери довольно сильно выбивалось из общепринятых норм поведения в обществе, но выказать слишком явно свое удивление этим фактом, означало привлечь больше внимания к ситуации, чем полагается. На них не слишком внимательно смотрели, так как наблюдение за игрой в шахматы было менее любопытно, чем общество Сиятельного Девятого, поэтому, самое разумное, что Седьмой мог сделать – это изобразить невозмутимость, а потом уже мягко попенять доверии на неподобающее поведение.
Хотя, по правде говоря, оно занимало его не так сильно, как демонстративная невежливость, проявленная в адрес его заместителя. К сожалению, расспросить, в чем именно дело, Аль'Корат не имел возможности, поэтому ограничился удивленно-вопрошающим взглядом на Фаила и снова улыбнулся дочери, которая совершенно неожиданно повела себя с ним совершенно… странно. Как с отцом. Нет, не обняла за шею и не поцеловала от души, как он обычно делал, получив от отца подарок, но для светского общества совершенно нетипично. Настолько, что он даже растерялся, с трудом сохраняя показную невозмутимость. Сам он дочь изъявлениями отцовской любви не баловал, и от нее проявлений родственных чувств тоже не ждал, и потому судорожно искал причину для таких нежностей. Самую естественную, казалось бы,  он отмел, не задумываясь, не допуская и мысли о привязанности. Как можно ждать оной от дочери, которую он даже не воспитывал толком, если даже мать не любила его толком? Точно, не любила, раз предала.
Подавив сохранившее, несмотря на прошедшие века остроту воспоминание о тающей в ярком свете женской фигурке, он склонил голову с улыбкой, принимая благодарность.
- Я рад, что тебе понравилось, дорогая.
Предложение сыграть в шахматы несколько удивило Седьмого, не ожидавшего, что дочь проявит интерес к этому занятию, но ничего против он не имел. И надеялся, что дочь тоже не имеет ничего против разгрома, так как сомнительно было, что юная девушка преуспеет на поле, где, случалось, терпел поражение даже Сиятельный Эль'Фарин, пребывающий ныне в чертогах, но оставшийся в памяти мал'ах как один из лучших стратегов Светлых земель.
- Я с удовольствием сыграю с тобой, дорогая, как только закончу партию с Сиятельным Пятым.
К слову, партия была, на взгляд Седьмого, довольно любопытной, несмотря на то, что со стороны Пятого фальшивой от и до. Тем не менее, трепыхаться ему оставалось недолго, так как, по расчетам Седьмого, до шаха и мата оставалось не более десятка ходов. Если, конечно, Тин-эт-Ирэйс не начнет играть как положено.
Что об этом думал Тин-эт-Ирэйс Аль'Корату узнать не удалось, так как в разговор крайне не вовремя вмешалось еще одно лицо. То есть, еще один вестник, послание, принесенное которым, произвело на Пятого такое впечатление, что он сорвался с места и кинулся к Первому, едва успев пробормотать извинение.
Проводив его взглядом, Аль'Корат внимательно взглянул на Фаила, спрашивая его взглядом, не успел ли он часом что-то разглядеть в принесенной Пятому папке, и улыбнувшись, уже несколько принужденно, прокомментировал бегство Сиятельного.
- Увы, дела государства часто мешают удовольствию. Присаживайся, дорогая, если ты еще этого желаешь. - указав дочери на место напротив, он незамедлительно занялся расстановкой фигур, и, чтобы не тратить время зря, поинтересовался, - мне известно, что ты хотела попросить еще один подарок, особенный. Ты уже решила, какой именно?

0

122

Кажется, прекрасной леди идея бывшего (или все-таки не бывшего?!) любовника не пришлась по душе. Очевидно, опасалась скандала. Опасение было, в общем-то, понятным, но лично Аль’Тиаса оно раздражало. Слишком уж мал’ах хотел поговорить с коварной изменщицей и вытрясти у нее правду о происходящем. И, желательно, побыстрее.
Увы, леди, бессовестно пользуясь своим положением супруги одного из Девяти и хозяйки дома, с легкостью могла пренебречь таким желанием, что и продемонстрировала немедленно, озвучив пришедшую ей в голову идею. К сожалению, озвучив слишком громко, чтобы можно было отказаться, и Аль’Тиас, с трудом сдержав так и рвущийся наружу истинный облик, склонил голову, пропуская даму вперед и вынужденно следуя за ней. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас играть на флейте, и, тем более, участвовать в музыкальной игре, но его, как водится, не спросили, а поставили перед фактом. И именно это раздражало больше всего. Не только из-за бушующей ревности, но и от уязвленного самолюбия: Аль’Тиас не привык выносить от женщин подобное, а от любовниц тем более. Но тайная связь с женой одного из Девяти приносила не только удовольствие от близости красивой женщины и удовлетворение от осознания того, кому именно довелось наставить рога, но и вот такие вот неприятные моменты. Несмотря на то, что в линейке рангов жена Седьмого стояла ниже своего мужа, она все-таки имела достаточно возможностей, чтобы уколоть самолюбие любовника и подразнить его.
Чем и воспользовалась сейчас.
- Разве я могу отказать хозяйке дома в такой мелочи? – несмотря на кипящую в мал’ах ярость, он все же достаточно пока владел собой, и речь его звучала безупречно галантно. – Напротив, мне будет приятно.
Подойдя вместе с леди к инструменту, он окинул мигом столпившуюся рядом с ними молодежь коротким взглядом, под которым за вежливым интересом и наигранным предвкушением бурлило самое настоящее бешенство. Совершенно ясно было, что остаться наедине им с Эль’Сианой не дадут. Да она, судя по всему, к этому и не стремилась, что усугубляло самые нехорошие подозрения.
С неестественной улыбкой приняв от слуги флейту, он встал слева от клавесина, готовясь подхватить мелодию, которую леди соблаговолит избрать для начала игры.
Идею побеседовать с ней наедине он не оставил, но ее по объективным причинам пришлось отложить на потом. И Аль’Тиас очень надеялся, что такая возможность представится.
[NIC]Аль'Тиас[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/6202898.jpg[/AVA]

0

123

- Ты погубишь нас, - быстро прошептала  леди, делая вид, что  выбирает пьесу для исполнения, -  Первый смотрит. Не было необходимости добавлять, что видеть глава дип. миссии умеет как никто, и, между прочим, некоторые вещи как раз ему лицезреть не рекомендуется, особенно, если учесть напряжение, имеющее место между ним и Аль’Коратом, явно ощущаемое  со вчерашнего вечера. Делиться своими мыслями леди не собиралась, сам не дурак, но предостеречь  сочла необходимым. Любовник своей несдержанностью безрассудно  рисковал ее положением в обществе, выставляя их отношения на показ. Глупо и не вовремя, что сказать… Ревнующий  мужчина – праздник для женских глаз,  особенно, если у нее зародилось подозрение, что это  фонтанирует собственнический инстинкт, мимо такого подарка пройти  не возможно, но ведь разум терять нельзя! В светлых землях отсутствие головы еще никого не украсило, какой бы красоты не были крылья. Эль’Сиана указала кавалеру взглядом на  выход в смежную гостиную, побарабанила пальцами по лаковой поверхности инструмента, привлекая внимание мужчины, губы ее еле заметно шевельнулись. 
- Летняя ночь. – Объявила дама, открывая обещанное состязание. – Вы готовы, сударь? – невинные и лживые глаза ласкали Аль’Тиаса, даря напоминание о недавней ночи, правда, весенней, но роли это в данных обстоятельствах не имело.  Достаточно было намека  о восхитительной коже и прекрасных, белых в ночной темноте, крыльях, долгих ненасытных поцелуях, страсти, которую невозможно утолить.
Легкие пальцы пробежались по клавишам,  полилась мелодия, кто-то начал подпевать,  слышались восклицания, молодежь, толпившаяся вокруг, предвкушала собственное выступление. Вступила флейта, два инструмента вели свои партии, переплетаясь и споря звучанием между собой,  рассказывая и лукавя,  обещая.  Рядом с леди стояла девушка, готовясь занять ее место, как только Эль’Сиана закончит пассаж.  Получилось даже лучше, чем дама планировала. Всеобщий интерес был настолько велик, что вокруг них столпились даже молодые поклонники Девятого, отрезав от любопытных и ненужных глаз музицирующих.  Закончив партию (переход они играли в четыре руки, стоя, чтобы не прерываться), леди, разрумянившаяся и ужасно хорошенькая,  подхватив  с подноса бокал шипучего вина, вышла на террасу. Сад был прекрасен, налетал мягкий вечерний ветерок, трогая красивую белую спину, играя складками платья. Леди остановилась у балюстрады, поставив на нее початый бокал вина, несколько раз глубоко вздохнула, приводя в порядок чувства. За спиной еще пела флейта. Леди, не забыв вино, проследовала в смежную гостиную.

Отредактировано Эль’Сиана (2014-12-10 22:13:17)

0

124

Юная леди прошла мимо него, не удостоив, не то что вежливой улыбки или кивка головой в знак приветствия, но даже взглядом, что неприятно удивило, но несколько не расстроило Престола. Да и с чего бы, во имя Единого? Аль’Кейра стремилась продемонстрировать ему свой характер. Обычная подростковая, еще по-детски неумелая, месть за его сегодняшний разговор с ее матерью. Но подобное поведение скорее бросало тень на родителей девушки, что не смогли должным образом воспитать своего ребенка, но посчитали нужным вывести ее в свет. Будь она дочерью кого нибудь из тех, кто пробился в общество совсем недавно и занимал не столь высокий пост, на это попросту бы и внимания не обратили. Снисходительный взгляд, да понимающая улыбка, вот и все. Но то, что простительно канарейке… Дочь Сиятельного позволить себе не может. Тем паче на глазах у двух Сиятельных.
Оглянувшись, Арис-эт-Фаил столкнулся с вопрошающем взглядом Седьмого, но лишь едва уловимо улыбнулся в ответ, предоставив Аль’Кейре, если уж будет на то ее желание, самой объяснять отцу свое поведение. От себя же, Престол был готов признать, что днем проявил некоторую несдержанность в общении с Эль’Сианой. Но свидетелем тому была лишь дочь последней, в то время как ее собственное поведение Аль’ Кейра, по юношеской неопытности, поспешила выставить напоказ.
Но следующее, что предстало его взгляду, заставило усомниться в том, что откровенная холодность, продемонстрированная в его адрес, была лишь местью юной леди, а не полнейшим отсутствием знание принятых норм этикета в их обществе. Улыбка на губах брюнета осталась прежней, едва уловимой и снисходительной, но вот в небесно-синих глазах вспыхнул холодный огонек усмешки. Поцелуй в щеку и столь приватное в их обществе обращение на «ты», обещало еще долгое время аукаться Седьмому. Словно ища подтверждение этих мыслей, Престол бросил беглый взгляд на Пятого. Тот с безучастным видом изучал фигуры на шахматной доске, но Фаил готов был отдать крыло на отсечение, что подобное поведение было лишь видимостью. Подтвердить или опровергнуть свои ощущения мужчина не успел, так как рядом материализовался один из подчиненных Тин-эт-Ирэйса с посланием. Маг негромко кашлянул, привлекая внимание начальства, но был удостоен лишь взглядом Престола, пытающегося вспомнить знаком ли ему данный мал’ах, и сможет ли он узнать от него содержание послания, коли Пятый его не озвучит.
Не озвучил, но подскочил с места так, словно его змея ужалила. Фигуры на доске покачнулись, но устояли. Пробормотав извинения, Тин-эт-Ирэйс поспешно удалился, проталкиваясь сквозь толпу. Проводив его взглядом, Престол перевел взгляд на Седьмого, прекрасно зная, о чем сейчас думает его старинный друг. К сожалению, дать ответа на его немой вопрос Арис-эт-Фаил не мог. Единственное, что он успел заметить это несколько слов, что без общего контекста сообщения, ничего не значили.

0

125

Еле слышная, произнесенная буквально одними губами реплика слегка отрезвила пылающую от ревности голову мал'ах. В самом деле, устраивать сцены при начальнике было бы откровенным безрассудством. В том, что касалось безупречной выдержки подчиненных, Сиятельный Первый шутить не любил, и попавшийся на несвоевременной и, тем более, публичной вспышке эмоций сотрудник департамента мог с готовностью рассчитывать на неприятности. А, несмотря на всю страсть к прекрасной Эль'Сиане, Аль'Тиас не отказался бы и от продолжения дипломатической карьеры. Тем более что любое падение по иерархической лестнице вниз почти сразу исключало продолжение романа с супругой Седьмого. Сиятельный, разумеется, не преминет отыграться на неудачнике. Не из ревности (или все-таки?!) упаси Свет, просто для острастки. Чтобы помнил свое место. Это сейчас он, даже если узнает, то вряд ли будет связываться со столь высокопоставленным сотрудником другого департамента. Который, к тому же, возглавлял его давний и непримиримый противник.
С этими мыслями успокоиться было уже легче, тем более, весьма красноречивый взгляд Эль'Сианы, мельком указавший на дверь, давал надежду на то, что разговор с ней может еще состояться, и удастся стребовать с коварной изменщицы объяснение.
Улыбнувшись уже более естественно, Аль'Тиас дождался своей очереди и поднес флейту к губам, извлекая из нее необходимую мелодию. Которая, весьма некстати, напоминала о конкретных ночах, во время которых ему довелось узнать хозяйку этого дома весьма близко и не вполне подобающе для того, кто не являлся ее супругом. Вспоминать об этих весьма жарких, пусть и не летних ночах было, разумеется, приятно, но в столь взвинченном состоянии, в котором Аль'Тиас находился сейчас, это было чревато весьма неприятными последствиями. Длинная туника, конечно, скрывает многое, но до определенной степени…
К счастью, желающих поиграть было достаточно много, и долго ждать возможности передать кому-то флейту не пришлось. Доиграв последний аккорд, он с улыбкой передал инструмент совсем юной мал'ах, которая от его взгляда слегка зарделась (надо узнать, кто такая и из какой семьи, а то начальник уже не первый раз намекает о необходимости для сотрудника респектабельного брака), и отошел от клавесина на шаг, чтобы не мешать вновь вступившим. Теперь следовало дождаться, когда увлеченное музыкой общество перестанет обращать на него внимание, и можно будет ускользнуть.
Долго ждать не пришлось. Уже после второй смены музыкантов, взгляды окружающих стали скользить уже мимо него, и он, сделав несколько шагов, затерялся  в толпе, и проскользнул к выходу. Перед этим, правда, оглянулся на Седьмого, чтобы убедиться, что тот ничего не заметил.
Оказавшись в смежной гостиной, он перевел дыхание, чтобы не вспылить немедленно, и, наложив на всякий случай на комнату защиту от прослушивания, обернулся к Сиятельной леди.
- Я могу попросить объяснений вашему странному поведению, миледи?
Да, забирать с места в карьер, было несколько неподобающе для дипломата, но Аль'Тиас был уже так зол, что на условности ему было наплевать.
[NIC]Аль'Тиас[/NIC]
[AVA]http://savepic.org/6750013.jpg[/AVA]

0

126

Эль’Сиана спиной почувствовала, что теперь в комнате не одна, но оборачиваться не торопилась. Играть в эту игру было занятно, кроме того,  этот кавалер заслужил возмущение леди  своим поведением. К тому же, почему бы именно любезному Аль ‘Тиасу не заплатить за все ее сегодняшние унижения? Такую постановку вопроса леди почитала весьма разумной. Она плавно развернулась к нему лицом,  небрежным изящным жестом поставила на столик недопитый бокал вина. Эль’Сиана смотрела на любовника и ничего не говорила, лишь приподняла красивые брови в легком недоверчивом удивлении, хотя ей больше всего хотелось надавать ему звонких оплеух. Она держала паузу достаточно долго, для того, чтобы до Аль’Тиаса, наконец, дошла глупость собственных претензий.  Маскируя кипящее негодование легкой ничего не значащей светской улыбкой, она подошла на допустимое между чужими расстояние и ядовито проворковала:
- Драгоценный друг мой,  я не ослышалась? Вы позволяете себе требовать  у меня объяснений? особенно сейчас? а Вас случайно не беспокоит  блестящее общество в гостиной, оранжерее и во всем остальном доме? – если бы взглядом можно было убить, незадачливый любовник уже валялся бы мертвым. В самом деле! Что за ребячество?! – Вы находите сегодняшний прием  самым подходящим временем  для  своего бенефиса? Действительно?  Вам, наверное, не терпится распрощаться с Ильменратом и своей, так блестяще начинающейся  карьерой дипломата? – леди в раздражении распахнула веер и обмахнулась им пару раз, Только меня совершенно не радует мысль о заточении в провинции из-за чьей-то опрометчивости, сударь! Не стоит  наивно полагать, что Седьмой ничего не заметил! Верьте, он видел, все, что ему нужно. А то, чего не заметил сам, ему обязательно расскажет его любимейший из клевретов. Так что, милый, сбавьте-ка тон, для начала, и объясните мне, отчего Вы чуть не погубили нас, демонстрируя свою… несдержанность.

0

127

Все полученные Кейрой знания были исключительно... заимствованными. Но училась девушка старательно. Сегодняшний вечер шел, с ее точки зрения, вполне успешно.
Некоторое незнание манер юной девушке могут простить, особенно если она пару раз хлопнет ресницами. С другой стороны, если она права, и кто-то из господ пришел сюда, чтобы договориться с Седьмым о союзе, залогом которого станет рука его дочери, то такое поведение может заставить их отложить свои планы. Если невеста опозорится на свадьбе скандал будет огромным.
Кейра вежливо улыбнулась спешно собравшемуся Пятому и села на освободившееся место, аккуратно расправив складки на платье.
- Так много подарков за один день, - девушка медленно расставляла фигуры на доске. - Ты меня балуешь. Но я действительно хочу попросить тебя о подарке. Подари мне урок жизни в городе, пожалуйста.

Еще одна фигурка с тихий стуком опустилась над доску и Кейра подняла глаза на отца.
- Вчерашний день был достаточно спокойным, но сегодня...
Девушка непроизвольно потерла шею. Порез давно затянулся, но ощущение было неприятным.
- Расскажи мне, папа, как должно проходить расследование дела о нападении? Господин Арис-эт-Фаил был слишком занят тем, что говорил маме гадости, и не нашел времени расспросить меня. Или он меня прочитал? Но это же запрещено. Или с пострадавшими говорить не принято? Или он даже не собирался никого искать? Я теряюсь в догадках.
Кейра пожала плечами, и продолжила расставлять фигуры.
- А еще. Меня учили, что публичное проявление негативных эмоций - недопустимо. А твой заместитель был весьма невежлив с ней у меня на глазах. Это демонстрация доверия, или пренебрежения? Он считает себя членом семьи, при которых допустимы вольности, или я настолько ничтожно, что меня можно не принимать в расчет. Расскажи мне, папа. Как мне вести себя в городе?
Девушка поставила последнюю фигуру, и потянулась за бокалом.
- Ты начинаешь.

+2

128

Вечер преподносил ему один неприятный сюрприз за другим, и Аль’Корат внезапно почувствовал, что, кажется, обрел талант прорицателя. Во всяком случае, он уже знал, что сделает завтра же утром – уволит учителя хороших манер, которого когда-то сам нанимал для Кейры. Потому что происходящее уже не вписывалось ни в какие рамки. Дочь, мало того, что вела себя самым неподобающим образом, так еще и подняла тему, которую в светском обществе, да еще во время такого приема, поднимать было не только не желательно – недопустимо. Похоже, мерзавец, получивший за обучение юной леди огромную сумму, получил ее совершенно даром, и за это он, несомненно, заслуживал самого сурового наказания. Аль’Корат не выносил, когда из него пытались сделать дурака, а те, кто пытался это делать, как правило, долго на этом свете не жили.
Хотя, столь демонстративное пренебрежение манерами могло иметь под собой и иную основу. Детский бунт, например. Что тоже было вполне возможно. Особенно, учитывая претензии дочери, которая вела себя как типичный обиженный ребенок, которым пренебрегли.
- В каждом случае, расследование происходит по-разному, дорогая, - голос Седьмого звучал ровно и совершенно расслабленно – уж настолько-то он владел собой. – Но основой всегда является допрос свидетелей, которые могут сообщить что-то важное. В данном случае, единственное, что ты могла сказать по делу – это описать внешность нападавшего. Но его видели и другие, поэтому не имело смысла расспрашивать тебя. В остальном, ну подумай сама, что важного ты могла сообщить Светлейшему Престолу, Аль’Кейра? Ты не обладаешь достаточными знаниями, чтобы определить на глаз уровень магии, специализацию, количество и направленность артефактов, и все прочее, что в тот момент было нужно и важно. Поэтому, господин Арис-эт-Фаил сосредоточился на тех, кто могли сказать действительно что-то полезное. Что же касается его поведения с твоей матерью…
Аль’Корат сдвинул с места белую пешку и отпил из кубка пару глотков. Выглядел он все таким же спокойным и расслабленным, хотя на деле был изрядно взбешен и намеревался устроить Фаилу нахлобучку за то, что додумался выяснять отношения с Эль’Сианой при Аль’Кейре. Седьмому вполне хватало вражды между женой и заместителем, и уж чего он точно не хотел, так это включения в эту маленькую домашнюю войну дочери.
Нашел же что время, что повод показывать дурные манеры…
Однако, показывать свои мысли дочери, или даже демонстрировать излишнюю задумчивость было не в его интересах, поэтому он продолжил, как нив  чем не бывало.
- Светлейший Престол действительно имеет в нашем доме все привилегии родственника. Ему на это дает право наше с ним общее прошлое, когда мы были братьями по оружию и сражались бок о бок. Считай его кем-то вроде дядюшки, дорогая, так будет справедливо.

+1

129

Приятно получать честный ответ, пусть и на риторический вопрос.
Зарэль еще раз задумчиво изучил книгу, словно пытаясь увидеть в ней какой-то подвох. Увы, глаз, способный уловить замешательство в изменившемся нажиме пера или заметить угрозу в переставленном титуле, не находил ничего особенного в раритете. Но многовековой опыт не позволял сомневаться, что все не так просто с подарком. Впрочем, вряд ли древнейший стал бы делать что-то могущее спровоцировать войну, да еще и таким способом. Право слово, если бы этому живому символу в один не прекрасный день захотелось освежить память о военных действиях, ему бы было достаточно попросить об этом с балкона.
Однако долго думать не пришлось - боковым зрением глава дипломатов уловил движение за шахматным столиком, а затем и Сиятельного Пятого, стремительно приближающегося, расталкивая высоких гостей, словно толпу на базаре. Впрочем, аристократы оставались верны себе, не позволяя лишнему недовольству даже на миг проявиться на лицах, будто оттоптанные ноги и толчки в крылья - абсолютно привычная деталь любого светского приема.
- Поразительная способность до последнего делать вид, что все в порядке. Видимо, с их точки зрения, если достаточно долго не обращать внимания на проблему, она осознает свою неуместность и уйдет сама.
- Полагаю, вы правы, Сиятельный, а по сему я с радостью выполню вашу просьбу, - без лишней спешки ответил Шеен-а-Серафу Первый, убирая шкатулку с книгой в пространственный карман до того, как Пятый успел приблизиться и рассмотреть её. А по сему вторжение было встречено привычным спокойствием, словно разговор, ведшийся посреди толпы под магической защитой, шел не более, чем погоде.
- Как можно не простить вмешательства по столь важному поводу? - с благожелательнейшей улыбкой ответил ученому Аль'Зарэль, принимая папку и, не глядя, отправляя её в тот же пространственный карман. - Однако, если позволите, я ознакомлюсь с вашим отчетом чуть позже. Все-таки государственные дела - не на столько музыка для моих ушей, чтобы наслаждаться ими весь вечер.
Формулировка была чуть-чуть грубоватой, особенно словосочетание "ваш отчет" - так пристало говорить подчиненному. Однако вряд ли рассеянный ученый станет обращать внимание на подобные мелочи. И уж тем более, хороший актер не рискнет прокалываться на подобной ерунде.
- Кстати, судя по всему, логические игры привлекают вас больше искусства. Как прошла ваша партия с Сиятельным Седьмым? Надеюсь, работа не помешала её завершению?

+3

130

Вслушиваться в разговор отца с дочерью, Арис-эт-Фаил не собирался, но и покидать столь привлекательное место, где можно было, находясь в относительном одиночестве, наблюдать за собравшимся обществом, он так же не спешил. Благо, что дражайшее начальство ни словом, ни жестом не дало понять, что присутствие Престола здесь излишне. А по сему, брюнет, удобно устроившись в кресле, и рассеяно поглаживая лакированное дерево лютни, окинул взглядом зал. Не задерживаясь подолгу не на одном из приглашенных, он машинально отмечал для себя, кто с кем общался. Не то, что бы это было важно, но лица некоторых из присутствующих были для Фаила открытой книгой, а годы, проведенные в разведке, научили, что нет ничего важнее того, что кажется неважным. Жесты, пустые фразу, даже взгляд, могли сказать больше, чем самые пространные доносы и не было ценнее шпиона, что мог замечать именно эти «неважные» мелочи. К сожалению таких подчиненных у Престола было не много, поскольку «подобный товар сам по себе штучный и требует двойной оплаты».
Услышав краем уха, что в разговоре Седьмого с дочерью прозвучало его имя, Фаил невольно прислушался, более интересуясь не вопросами девочки, а ответами ее отца. Того, что Аль’Кейра, по наущению или же по недосмотру своей матери, поспешит пожаловаться на него Сиятельному, он в какой-то мере ожидал с того самого момента, когда юное создание лишь приблизилось к ним. Правда, то, что она решит сделать это в столь… неподобающем месте и в столь неподходящее время, стало сюрпризом и надо заметить не приятным, но это уже на совести ее родителей и учителей. Ему-то как раз столь оригинальное поведение девицы было на руку, позволив самолично по присутствовать при разговоре, а не узнать о нем со слов слуг или от самого Седьмого, что было бы крайне не кстати. Грозившей ему нахлобучки Фаил не опасался. Свою работу он выполнил и даже перевыполнил, учитывая двух пойманных воришек. А допрос единственной дочери Сиятельного начальника в круг, так сказать, требуемых мероприятий не входил. Равно как и выслушивание от его жены ценных указаний касательно того, как и кого ему следует допрашивать.
Мысли о Эль’Сиане, заставили Престола вскинуть голову, выискивая хозяйку дома глазами. К его удивлению, леди отсутствовала в зале. Интересно… и куда же это мы удалились, моя Сиятельная госпожа?.. Напоминающие весеннее небо глаза вновь обшарили зал, заметив лишь поспешно покидающего его Аль‘Тиасу. Тонкая бровь Фаила вопросительно изогнулась. Что-то у него слишком всклокоченный вид… любопытно… нужно будет тряхануть слуг… Выводы, что напрашивались от увиденного, были весьма двусмысленны. Даже проскользнула соблазнительная мысль прямо сейчас намекнуть Аль’Корату о том, что его благоверной супруги нет в зале и не хорошо хозяйке вечера оставлять гостей. Но достигшие его слуха слова начальника в единый миг выветрили подобные намерения из головы, заставив Арис-эт-Фаила перевести взгляд на Седьмого. Нет, то что в любом из домов, принадлежащих Сиятельному, он вполне может чувствовать себя как дома, Престол знал и раньше, (впрочем, как и все, за редким исключением) но Аль’Корат впервые, на памяти брюнета, озвучил это столь явно, возведя его в ранг не друга, любовника и соратника, но брата. Это было неожиданно и приятно, тем паче, что было сказано именно Аль’Кейре и можно было не сомневаться, что дойдет до Эль’Сианы.

0

131

Удовольствие, с которым Шеен-а-Сераф смотрел на внимательное созерцание Первым книги было почти неописуемым. Несмотря на профессионально-спокойное выражение лица Сиятельного, Сераф готов был поспорить на все свои перья, что тот пытается отыскать подвох в довольно-таки необычной просьбе. Странно было бы, если бы не пытался. Даже нет, не так – древнейший был бы очень разочарован, если бы не пытался.
Любопытно, откроет ли Аштар шкатулку при нем? И попытается ли Сиятельный удовлетворить свое любопытство по поводу книги?
К сожалению, долго понаблюдать за размышлениями Первого, а так же получить ответ на свое философское замечание, Серафу не дали. Пятый довольно часто имел привычку выскакивать, как шорх из песка, и довольно часто делал это крайне не вовремя, но чернокрылый с трудом мог припомнить более неподходящий случай. Хотя, возможно это намечающееся вторжение в беседу, побудило Первого принять подарок для Владыки без дополнительных вопросов. Что, однако, не смягчило недовольства Шеен-а-Серафа, которое тот, однако, старательно скрыл. Улыбнувшись Тин-эт-Ирэйсу со спокойной безмятежностью мал’ах, у которого и в мыслях нет ничего важного, кроме музыки и сплетен, которые обычно были главным занятием на подобных вечерах. Поверит тот этой улыбке или нет, Серафа не особенно интересовало – все равно ведь не подаст виду. Хотя, с этого станется…
Однако, как выяснилось, Пятый прервал их беседу не из прихоти, хотя, на взгляд Серафа, подобный отчет вполне можно было прислать Первому в числе другой документации и вместе со всеми артефактами, которые в пятом департаменте наверняка уже приготовили для завтрашней поездки. зачем делать это на вечере было не вполне ясно. Судя по всему, Первый тоже так считал, потому что не бросился немедленно читать документ, а предпочел его убрать подальше и затеять светскую беседу. В принципе, тут можно было распрощаться и отойти, но, бросив взгляд на Тен-эт-Лорела, который находился в обществе леди Аль’Тэлии, не вызывающей у Серафа беспокойства, древнейший счел, что может вполне задержаться на пару минут и послушать, о чем будут говорить эти двое. Тем более, что поспешно удалиться сейчас, означало фактически расписаться  в том, что им помешали во время важного разговора. Вмешательство же в светскую беседу не требовало немедленного ухода одного из участников.

0

132

В который раз Тин-эт-Ирэйс мысленно проклял умение и привычку всех мал’ах, особенно высокопоставленных сохранять лицо в любой ситуации. Нет, она, безусловно, была весьма полезна, и была одним из лучших примеров превосходства их расы над другими, но порой безумно мешала. Вот, как сейчас, когда эти двое обернулись к нему с таким видом, будто они тут под прикрытием кучи щитов говорили о музыке, или рассказывали друг другу милые скабрезности о хозяевах дома. Что, разумеется, даже предполагать было наивно. И невозможность вычислить по двум невозмутимо-благожелательным лицам, о чем шла речь, - сильно раздражала. Вдобавок, Пятый не успел толком разглядеть, что именно было в ларце, который Первый закрыл при его приближении, и это раздражало еще больше. Вот уж чего Тин-эт-Ирэйсу не хотелось, так это чтобы эти двое договорились. Только-только удалось устранить угрозу объединения Первого и Седьмого (вот еще бы самому получить хоть какую-то уверенность в том, что это удалось!), а если рыжеволосый змей сумеет окрутить одного из самых влиятельных (причем, незаслуженно) мал’ах Светлых земель, это чревато не трудностями, а настоящей катастрофой. Нет, допустить такого было нельзя ни в коем случае. Правда, как подступиться к этой проблеме Пятый пока не представлял.
Вдобавок, он был весьма разочарован тем, что АльЗарэль не поторопился ознакомиться с отчетом, а небрежно убрал его: все же хотелось увидеть его лицо при виде задокументированного обоснования, что резню на границе устроили именно демоны. Такая возможность усадить красиво в лужу этого поборника мира, и все напрасно он, видите ли, вспомнил про этикет и то, что они в гостях! Нашел время… Злость, к слову, была абсолютно иррациональной, и Пятый это понимал, собственно, это и злило его больше всего. Не говоря уже о вскользь брошенном замечании про «ваш отчет» из-за которого дико захотелось приложить Первого каким-нибудь особо смертоносным заклинанием. Но, увы, столь приятное деяние приходилось отложить на потом.
Сделав над собой усилие, Тин-эт-Ирэйс улыбнулся привычно-восторженной улыбкой и развел руками:
- Увы, должен признаться, что музыка не так восхищает меня, как наука. Логические игры действительно приятнейшее времяпровождение. Правда, тягаться с Сиятельным Седьмым в шахматных баталиях для меня безнадежное занятие, и наша партия уже близилась к завершению и полному моему разгрому. Однако зато я получил наивысшее удовольствие от нашей с ним научной беседы, удачно начатой утром после заседания Совета…
Последнее было уже откровенным и прозрачным намеком на состоявшийся с Седьмым разговор. Тин-эт-Ирэйс не отказался бы слегка понервировать Первого, заставив гадать, о чем они с Седьмым договорились.
[NIC]Тин-эт-Ирэйс[/NIC]
[STA]Сиятельный Пятый[/STA]
[AVA]http://s1.uploads.ru/g8jQa.jpg[/AVA]

0

133

Аль’Тиас сам, надо сказать, не вполне четко себе представлял, какой реакции ждет от леди на свое требование. Собственно, он и не думал об этом – слишком был взбешен. Однако поток встречных обвинений в неосторожности и неподобающем поведении ошеломил его настолько, что заставил временно онеметь. Вот уж чего он точно не ждал, так это того, что с ним будут разговаривать в столь резком тоне.
Самое обидное, кстати, что упреки Эль’Сианы были вполне обоснованы: место и время для выяснения отношений было и в самом деле не самым удобным. Присутствие в соседней комнате мужа, это еще куда ни шло, но вот присутствие собственного начальника Аль’Тиаса – это было уже серьезно. Сиятельный Первый скандалов не любил,  а уж сотрудников, замешанных в публичных скандалах, тем более.
Однако именно эта разумность и обоснованность упреков леди уязвляла особенно – что ни говори, а выслушивать поучения от женщины было удовольствием ниже среднего. Особенно, когда она права.
Но втройне взбесило замечание о Седьмом, который, якобы, все видит и замечает. В ревнивом воображении Аль’Тиаса эта вполне невинная реплика мигом обросла подробностями и выросла в целую версию о том, что муж с женой все же действительно примирились, и теперь Сиятельный ревностно следит за поведением жены исключительно из собственнических мотивов. Что, разумеется, не могло не возмутить Аль’Тиаса, считавшего эту женщину своей (ну хотя бы на то время, пока их общий каприз не прошел). Сей блистательный аристократ слишком привык расставаться с любовницами исключительно по личной инициативе, и мысль о том, чтобы оказаться брошенным грызла его самолюбие даже сильнее, чем ревность.
- Сколько горячих слов в адрес вашего мужа, леди! – прошипел он, стараясь придать тону максимальную язвительность – Еще недавно вы говорили о нем далеко не так лестно. Неужели ему удалось преломить ваше мнение?! Не поэтому ли он сегодня разодет так, что глазам больно и не сводит с вас влюбленного взгляда? Не слишком ли вы изменчивы в своих привязанностях, мадам?
[NIC]Аль'Тиас[/NIC]
[AVA]http://savepic.org/6750013.jpg[/AVA]

0

134

Именно сейчас, невзирая на то, что сюда мог войти кто угодно, взбешенная Эль’Сиана решительно шагнула  к любовнику, оказавшись с ним лицом к лицу, для начала наградила его  полновесной  оплеухой и сразу же за ней рванула на себя опешившего мужчину, обожгла его поцелуем для успокоения. Разумеется, ревность не возможно надолго удержать внутри, но всему положен предел, а сердечный друг, по меркам леди, давным-давно оставил всякие границы далеко позади.  В том числе и приличий, так зачем церемониться, если от одной пощечины в голове все хрустальное становится?  Сразу же увеличив дистанцию, она как ни в чем ни бывало, встряхнула крыльями, развернув и снова уложив их за спиной,  хотя все еще кипела гневом. Когда она ставила обратно на столик уже пустой бокал, выражение лица было таким же безмятежным, как обычно. По идее, это должно было сбивать с толку поклонников, потому как Сиятельная леди днем и  та же Сиятельная леди ночью сильно отличались друг от друга. Аль’Тиас сейчас лицезрел женщину, которую ночами покрывал поцелуями, порывистую и страстную.  Она выглянула из серебряных одежд  дневной Эль’Сианы, и снова притаилась, подобно  пламени  внутри ледяной статуи.
- Ты не в себе, - когда дама сердилась на любовника, она переходила на "ты". Это его бесило, она это знала, но сей факт ее еще больше забавлял. – Что ты не понял из сказанного мною сегодня? Не понимаю, неужели у тебя нет глаз? Или алые одежды супруга застили все вокруг? Мне в такие минуты не верится, что ты помощник Первого, дорогой,  ибо не можешь контролировать эмоции и смотреть, как положено дипломату, на два шага вперед! Аль’Корат отличается множеством добродетелей, к примеру, равнодушием, но ведь он не дурак! И в отличие от тебя, радость моя, он обладает властью и многими возможностями! Для чего мне лишний раз опасаться за жизнь некоего мал’ах, сказавшего неосторожное слово, и, ах какая жалость, случайно оставшегося без крыльев, потому что поздно гулял в Нижнем городе? – намек прозрачней некуда. – Оплакивать его в изгнании?  Чтобы я ни говорила о супруге, милый мой Аль’Тиас, эта информация носит частный характер, кроме того, мне можно, а вот тебе недооценивать его нельзя.  По дому  шныряют соглядатаи Фаила, а ты устраиваешь драмы на ровном месте вместо того, чтобы улыбаясь все аккуратно разведать! Или, - леди совсем понизила голос, не смотря на защиту, - прийти ко мне сегодня вместо опасной затеи выяснить принародно отношения. Весь остальной вздор она пропустила мимо ушей. Мало ли в запале наговорить можно? Нужно было срочно привести Аль’Тиаса в чувство, чтобы спасти свою репутация и так внезапно полученные сегодня возможности, заодно удержав от самоубийственной глупости его самого, потому что… да просто так, потому что леди любила приятно проводить время, а сей господин вполне вписывался в ее уютно устроенный мир.

Отредактировано Эль’Сиана (2015-02-01 10:02:05)

0

135

Пощечина, поцелуй и неприятное обращение на «ты» сперва ошеломили разъяренного дипломата, а потом привели его в еще большую ярость. Хотя, казалось бы, куда больше?
Если бы Аль’Тиас находился в менее взвинченном состоянии, он бы сам вряд ли нашел собственные обвинения разумными и взвешенными. Он не хуже Эль’Сианы знал, что разница между видимым и реальным в Ильменрате по ширине не уступит иной пропасти в горах. Однако гнев и уязвленное самолюбие мешали ему мыслить здраво и разумно. И, хоть он в этом не признавался, и то, и другое бушевало в нем в большей степени из-за того, что он со всех сторон находился в невыгодном положении. Что ни говори, а все же неприятно, когда муж твоей пассии не только выше тебя по положению, но и притягивает множество восхищенных взглядов, так, что твоя собственная вполне привлекательная внешность становится  в глазах окружающих довольно блеклой.
Поведение же Эль’Сианы было словно направлено на то, чтобы взбесить любовника еще больше, и это вступало в противоречие с ее вполне разумными и рассудительными словами. Или просто Аль’Тиасу, разозленному до крайней степени, казалось, что его нарочно подзуживают и подталкивают к скандалу? Разум подсказывал, что вряд ли, но клокочущее раздражение было сильнее разума.
Намеки Эль’Сианы на возможную месть со стороны Седьмого, вполне, кстати, обоснованные, так как о мстительности Сиятельного в Рассветном замке знали все, без исключения, тоже не способствовали возвращению Аль’Тиаса к более или менее конструктивному состоянию. Мало того, что женщина опять самым возмутительным образом была права, так еще и вдобавок эти намеки снова наводили на неприятные мысли. До сих пор Аль’Корату было откровенно наплевать, с кем спит его жена, и сколько об этом шепчутся в обществе, так с чего бы ему теперь обращать на это внимание?
Видимо, есть причина, и причину взбешенный Аль’Тиас видел только одну. И ему безумно хотелось найти подтверждение, чтобы ткнуть леди в него носом и увидеть ее смятение и растерянность.
Окинув гостиную взглядом в поисках этого мифического подтверждения, Аль’Тиас неожиданно для себя заметил новый предмет в интерьере: хрустальную чашу с водяной лилией. Вещь, вне всяких сомнений изысканная и красивая, а потом подозрительная. Сомнений в том, кто именно мог подарить Эль’Сиане эту красоту, практически не было, и Аль’Тиас, вспыхнув снова, переместил безделушку к себе в руки, и, рассмотрев, поднял на даму пылающий бешенством взгляд.
- Это вам супруг подарил, миледи?! – поинтересовался он, ледяным от бешенства голосом. И, не дожидаясь ответа, швырнул на пол, с немалым удовольствием наблюдая за разлетевшимися осколками. – Любопытно, я не припомню, чтобы вы раньше принимали от него подарки и выставляли напоказ.
[NIC]Аль'Тиас[/NIC]
[AVA]http://savepic.org/6750013.jpg[/AVA]

0

136

Пятый мог бы гордиться собой - ему наконец удалось привести Зарэля в смятение своей выходкой. Заявление о разговоре с Седьмым было крайней неоднозначно. Трактовать его можно было сотнями способов, начиная от нелепой оговорки для поддержания образа рассеянного ученого, до провокации. Возможно сам объект разговора мог бы внести ясность, но мчаться к шахматному столику сломя голову - нет, Первый еще не на столько повредился рассудком.
Поэтому он счел за лучшее ограничиться нейтральным:
- Рад, что вам еще есть с кем побеседовать за пределами вашего департамента.
Надо признать, напоминание о возможном сговоре ощутимо задело дипломата, напомнив, что он покидает страну в не лучшее время, и не имея никаких гарантий от нового союзника. Сильнейшего из ныне имеющихся, но, к счастью, не единственного.
- "Сплошная авантюра,", - констатировал Аль'Зарэль, будучи беспощаден к себе так же, как и к остальным. Любого из своих подчиненных, доведшего ситуацию на вверенной территории до такого состояния он бы уже сослал. При чем не на мирные фермы, а к демонам в последний бордель. Впрочем, себя туда отправить тоже успеется.
Одна надежда оставалась на сформированную агентурную сеть... и немалое число лояльных подчиненных, и в том числе заместителей дорогих собратьев по Совету. В их обязанности входило как и прежде аккуратно контролировать потоки информации, поступающие к вершинам власти, и, разумеется, часть из них перенаправлять Зарэлю. Жаль, на полную и бесспорную лояльность этих проныр нельзя поставить и ломаного пера. Впрочем, то же самое можно было сказать и об их начальстве.
Но пока вечер продолжается, и можно еще немного поиспытывать терпение собратьев по Совету светской беседой.
- Кстати, о музыке, я удивлен, что вам она не нравится, Сиятельный, - с вежливой улыбкой как ни в чем не бывало продолжил беседу дипломат. - Композиция - весьма сложная наука, со своими законами и алгоритмами. На сколько я знаю, она имеет много общего с той же математикой. И нотная грамота по логичности и строгости не уступает формулам.

+1

137

Замечание относительно Седьмого заставил Серафа слегка заинтересоваться и перевести взгляд на оного, который, судя по всему, обучал игре в шахматы свою дочь. Сам Шеен-а-Сераф никогда не играл в шахматы с Сиятельным, но о его способностях по этой части слышал. Не сказать, правда, что они его особенно интересовали.
Гораздо интереснее было бы узнать, не сговорились ли Пятый с Седьмым о чем-то, но спрашивать об этом, что того, что другого, по вполне понятным причинам было невозможно. Правда, не вполне понятно, о чем могли договориться горячий противник войны, и не менее горячий ее сторонник, но Сераф по своему опыту знал, сколь изменчива бывает политическая позиция в зависимости от хорошей платы. И не подозревал, разумеется, обоих Сиятельных в излишней принципиальности.
Было бы так же интересно узнать, как на недвусмысленный намек отреагировал Первый, но, увы, умение сохранять невозмутимость в любой ситуации было у всех членов Совета (кроме Пятого) развито до невообразимого уровня, и Серафу оставалось только отстраненно полюбоваться на безупречно вежливое лицо дипломата.
Это, и поведение Пятого слегка раздражали. Хотя, конечно, дело было даже не в них – просто чернокрылого раздражал этот вечер. На некоторое время, будучи занят разговором, Сераф избавился от этого ощущения, напоминавшее о плохо подогнанном доспехе, но сейчас оно вспыхнуло вновь. Попросту говоря, древнейший ощутил острое и сильное желание съязвить по какому-нибудь удобному поводу.
Правда, Первого по зрелому размышлению он решил все же исключить из числа жертв, так как втыкать шпильки тому, кому только сегодня утром завуалировано пообещал поддержку, было странно и неуместно. И опасно, кстати. На будущее. Так как некоторые мал’ах отличались редкостно хорошей памятью по части оскорблений, кто знает, не входит ли и Сиятельный Первый в их число?
А вот Пятому, к несчастью для себя подвернувшемуся под руку, не так повезло, поскольку щадить его у Серафа причин не было.
- Наука - требовательная госпожа, Сиятельный, - приятно улыбнулся он, источая всем своим видом невинную любезность, - она отняла вас даже у музыки. Хотя, помнится, в молодости вы не были так уж чужды искусству. Ваши декламации в студенческом театре были изумительны, и доставляли истинное наслаждение слушателям. Мне вспоминается монолог Эль’Эльтара из "Внезапного прозрения". Я, помнится, был восхищен и очарован, в столь юном возрасте такая глубина интонаций, такая убедительность…
Несмотря на доброжелательную улыбку древнейшего, комплимент был по меньшей мере двусмысленным. Вряд ли Пятый был признателен за напоминание о том, как играл в студенческом театре мятежника и главного злодея. Особенно в нынешней политической обстановке. С него сталось бы увидеть в этом откровенный намек, но желание уязвить у Серафа от этого меньше не становилось.

Отредактировано Шеен-а-Сераф (2015-02-16 21:23:38)

0

138

[AVA]http://s2.uploads.ru/Y2KmQ.jpg[/AVA] Вопрос про крылья оказался сложным. С одной стороны придумать правдоподобную ложь да еще в столь сжатые сроки не представлялось возможным, но с другой Лорел достаточно представлял суть воспитания молодых дам, чтобы понимать - тему боевых тренировок раскрывать не нужно. Несколько секунд он молчал, обдумывая ответ, а потом он перестал быть актуален, ибо внимание хозяйки отвлек другой гость.
Но видимо особенность светских вечеров заключалась в том, что наслаждаться покоем здесь совершенно невозможно. Вторая дама тоже решила обратить свой светлый взор на воспитанницу Девятого. Первая её фраза располагала к себе проявляемым сочувствием и попыткой успокоить. Упоминание того, что и жена Сиятельного Восьмого ранее чувствовала себя неловко на подобных собраниях успокаивала, напоминая, как сам каратель первое время страдал от ужесточения дисциплины в родном доме. Но ко всему привыкаешь, тем более, когда принятие - единственное достойное решение.
Увы, дама не ограничилась одним лишь ободрением, задав вопрос, повергший Лорела даже в большее смятение, по сравнению с интересом Эль'Сианы. А упоминание имени еще и немало взволновало. Возможно, эта госпожа встречалась с настоящей Эль'Нираной. Но, раз она не помнит обстоятельств, скорее всего сестра не сумела подняться наверх. И тем не менее весть о том, что она может быть жива привела в сильнейшее волнение.
- Боюсь, что это невозможно, - тихо отозвался каратель, во все глаза глядя на сидящую рядом женщину, страстно желая спросить, нет, вынудить вспомнить откуда она могла слышать имя сестры. Увы, вряд ли Сиятельного Девятого порадовал бы допрос супруги одного из членов Совета посреди мирного музыкального вечера. - До недавнего времени мне не приходилось появляться в свете и тем более я не имею чести знать столь благородную даму, как вы.

Отредактировано Тен-эт-Лорел (2015-02-24 00:16:01)

+1

139

Честно сказать, Пятый сейчас меньше всего был расположен вести светскую беседу. Ему нужно было еще улучить момент и переговорить с Арис-эт-Фаилом, которого Седьмой, словно бы догадываясь о планах своего Сиятельного собрата, не отпускал от себя. Ревновал наверно… С него сталось бы, все знали о том, что Престол занимал рядом с ним положение выше даже законно супруги. Впрочем, последнее было не слишком-то удивительно в Ильменрате, где с мнением жены считались только влюбленные и оригиналы. Ну и Сиятельный Восьмой, жена которого была ему явно не по зубам.
Сейчас эта достойная леди, кстати, мирно беседовала с воспитанницей Шеен-а-Серафа. Было бы весьма любопытно узнать, о чем именно, хотя в данном случае, любопытство было скорее абстрактным – о чем может разговаривать юная неопытная девушка с законодательницей мод светского общества? О нарядах разумеется. Не о политике же.
А вот Тин-эт-Ирэйс с охотой поговорил бы о политике. Однако, как назло, его Сиятельные собеседники вцепились в него, как два бульдога, неизвестно зачем втягивая в бесполезную светскую болтовню. Нет, в иной ситуации, да еще с полезными мал'ах Пятый охотно бы поддержал разговор на такую тему, но в последние дни он был слишком взвинчен, и необходимость скрывать это под маской обычных чудачеств становилось все сложнее. Он не любил рисковать, но в последнее время только этим и занимался, и это раздражало. И беседовать в таком настроении о музыкальных композициях было издевательством. Пятый даже заподозрил, что Первый догадывается о его состоянии, и нарочно доводит его до потери равновесия, однако, он постарался отогнать эту мысль подальше, считая, что так недалеко до какой-нибудь душевной болезни, связанной с неумеренной подозрительностью.
Как назло, древнейший, вместо того, чтобы как до этого, стоять с вежливым видом, явно думая о чем-то своем, неожиданно очнулся и возымел желание втыкать шпильки всем, кто подворачивается под руку. Сама шпилька, конечно, не была такой уж острой – в конце концов, новоявленный Девятый говорил не о таких уж секретных вещах, любой мог узнать это при большом желании, но само желание язвить и именно в его адрес, и без того не особенно спокойного Пятого привело в чрезвычайное раздражение.
Однако показать этого было нельзя, ни взглядом, ни жестом. Пришлось делать громадное усилие, и выдавливать из себя привычную всем восторженную чудаковатую улыбку.
- Увы, Свет не наделил меня талантом к музыке, - он словно бы виновато развел руками, - увы, я всего лишь слушатель, и потому уделил, возможно, прискорбно мало времени изучению тонкостей композиции… Театр действительно был ко мне более благосклонен, благодарю, Сиятельный, - он одарил Шеен-а-Серафа благодарной улыбкой, желая на самом деле приложить его заклинанием помощнее. – Мне радостно знать, что мое скромное искусство доставило вам удовольствие. Но, увы, наука действительно требовательная госпожа…
[NIC]Тин-эт-Ирэйс[/NIC]
[STA]Сиятельный Пятый[/STA]
[AVA]http://s1.uploads.ru/g8jQa.jpg[/AVA]

Отредактировано Архивариус (2015-02-22 20:52:19)

0

140

Получив паузу на тот момент, когда дочь думала над очередным ходом, Аль'Корат окинул взглядом гостиную, интересуясь, как проводят время его Сиятельные собратья, которые сегодня интересовали его больше прочих гостей.
К некоторому его удивлению, он обнаружил всех троих беседующими в узком кружке. Правда, судя по всему, разговор был не слишком секретным, так как никаких щитов они не наложили. Так что, похоже, тут опасаться было нечего. Во всяком случае, пока.
Придя к этому выводу, Седьмой окинул взглядом других гостей, задержал взгляд на воспитаннице Девятого, мирно беседующей с Сиятельной Аль'Тэлией, и скользнул взглядом дальше.
Все было как обычно на таком вечере. Молодежь веселилась в своем уголке, откуда то и дело раздавались смешки и приглушенные разговоры, а взрослые чинно беседовали об искусстве и слушали музыку. Тихо, мирно и пристойно, как это и было принято в обществе мал'ах. Правда, если присмотреться, можно было приметить некоторую нервозность и тревожные взгляды, бросаемые по очереди на каждого из присутствующих членов Совета. Даже любопытно было, что именно так тревожит аристократов: слухи о возможной войне, или известие о поездке Первого к демонам. Оба известия, если вдуматься, в равной степени могли привести в состояние легкой паники, слишком уж были неординарны и обещали много перемен. Приятных, или нет – это кому как.
Продолжив изучение собравшейся компании, Аль'Корат, через какое-то время, испытал странное ощущение, что чего-то в гостиной не хватает. Точнее, кого-то.
Окинув комнату взглядом еще раз, он понял, что не хватает весьма важного элемента вечера – хозяйки. Куда подевалась Эль'Сиана, он понятия не имел, однако всю неуместность ситуации, когда хозяйка вечера отсутствует, а хозяин не уделяет гостям должного внимания, осознал мгновенно, и тут же обернулся к дочери.
- Прости, дорогая, что вынужден прервать нашу партию, но твоя матушка куда-то отлучилась, и мне следует уделить внимание гостям. - Улыбнувшись дочери тепло и чуть огорченно, он добавил. – Думаю, мы с тобой продолжим игру чуть позже. А сейчас тебе тоже следует наслаждаться компанией сверстников. Полагаю, они уже почувствовали твое отсутствие.
Машинально скользнув пальцами по поверхности доски, что на самом деле означало сигнал для Фаила: "Можно отдыхать", - Аль'Корат немедленно влился в толпу гостей, внося оживление вопросами и с улыбками отвечая на замечания присутствующих. Обойдя нескольких гостей, поддержав беседу и предложив некоторым из них бокал вина или вазочку с мороженым, он остановился возле Аль'Рэйнана, который, кажется, пребывал в состоянии поэтической меланхолии. Или был просто не в настроении.
- Рад, что вы почтили своим присутствием наш скромный вечер, Светлейший, - он с улыбкой предложил ему бокал легкого ликера, - надеюсь, вы доставите нам сегодня удовольствие наслаждаться вашим талантом?
Взгляды окружающих немедленно сошлись на слегка приосанившемся поэте, и он почтительно склонил голову.
- Это вы оказали мне честь своим приглашением Сиятельный. Я буду счастлив отблагодарить вас за нее новыми стихами.
- В таком случае, просим!
Седьмой почти бесшумно коснулся кончиками пальцев одной руки ладони другой, имитируя аплодисменты, и посторонился, давая возможность поэту пройти в центр образовавшегося кружка гостей. Тот, еще раз поклонившись, немедленно воспользовался молчаливым приглашением, и, приняв как можно более величественную позу, принялся декламировать.

0


Вы здесь » Летописи Мальсторма » Ильменрат » Дом леди Эль’Сианы